Рассказывает зооволонтер Ника Протасович 

Зооорганизации недолюбливают одна другую. Когда полгода назад в Москве сгорел приют с животными, владельцы обвиняли в поджоге конкурентов. Мол, из-за денег это сделали: позавидовали, что приют начал работать с госконтрактов и получать средства на отлов и стерилизацию кошек и собак.

Волонтеры нередко ставят палки в колеса своим единомышленниками. Воруют животных, на которых можно сделать красивую историю, блокируют на сайтах зоозащитников из других организаций, не отдают собак и кошек тем, у кого есть дети или съемная квартира…

— Как правило, во всем мире волонтеры — люди, к которым относятся с уважением. Но в нашей стране к этой категории относятся по-разному: кто-то считает их сумасшедшими, кто-то попрошайками, даже «зоошизами».

Наверное, стоило бы разобраться, что на самом деле происходит.

Зооволонтер Ника Протасович.

Существует немало организаций по защите животных, кто-то объединяется в группы, есть волонтеры-одиночки. В целом они делают ту же работу: спасают животных с улицы. В случае необходимости прибегают к медицинским услугам и потом находят животному хозяев. Пожалуй, самая сложная часть в этом — медицинская. Волонтеры вынуждены просить население о финансовой помощи. И вот тут начинаются самые интересные «танцы».

Сборы на самом деле зависят от репутации волонтера, это один из самых важных факторов. Если человек неизвестный в этих кругах или его репутация сомнительна, он может оставаться в долгах. Денег не перечислят вообще. Число людей, готовых помогать, ограничено. И если одновременно идет много сборов, какая-то часть животных остается без внимания.

Возникает своего рода конкуренция. Иногда это приводит к нечестной борьбе, где прямо-таки выживают противника.

Самый простой и частый способ — распространить слухи о плохих условиях содержания животных, об отсутствии лечения, о многочисленных гибелях.

Второй способ — внести волонтера во все черные списки. Это ограничивает его возможность распространять информацию о животных и своей деятельности.

Третий — блокировка в соцсетях за счет подключения администрации этих соцсетей.

Четвертый — кляузничать на волонтера в различные контролирующие госорганы. В настоящее время весьма актуальны жалобы о клевете и оскорблении.

Такая же «война», как между отдельными волонтерами, зачастую ведется между группами, домиками и общественными объединениями. Взаимный негатив приводит к тому, что сборы падают, и иногда ситуация для того, кого подвергли гонениям, завершается печально: он сдается и перестает заниматься благотворительностью. Кто-то борется и пытается восстановить свое имя, начиная кляузничать на другого волонтера или общество.

Происходит ли это из зависти или намеренно, осознанно? Трудно сказать, но это реалии сегодняшнего волонтерства.

Например, хорошо раскрученной площадкой для пиара животных является сайт одного из общественных объединений, но при этом многие волонтеры внесены в черные списки этого сайта по неясным причинам. Кроме как конкуренцией, это вряд ли можно объяснить.

Или другой случай. Команда волонтеров №1 берет под свою опеку кошку с лишаем. Занимается ее лечением и затем начинает пиар, чтобы найти ей хозяина. Команда №2, которая в свое время, опасаясь заражения своих животных, не стала помогать этой несчастной, после выздоровления кошки утверждает, что первая команда плохо заботится о ней. Она практически силой забрала кошку, а потом в течение нескольких месяцев мешала тех волонтеров с грязью.

Животных обманным путем могут похищать из передержек, клиник, забирать при переезде с одного места на другое… Обычно это происходит с кошкой или собакой, история спасения которых получила широкий резонанс. Такое ощущение, что команды хотят отбить друг у друга лавры.

Чем больше заслуг, тем стабильнее и устойчивее становится финансовое положение. Пока ты на пике славы — можешь собрать деньги практически на любые зоопроекты.

Если бы все организации дружили между собой, можно было бы давно уже закрыть приют на Гурского в Минске. Там же и так в основном работают одни волонтеры. Вакцины, корма — все появляется благодаря им. С такими суммами, которые организации собирают на животных, можно было бы открыть свой приют, клинику. Мы должны объединяться, но почему-то некоторые ставят личные амбиции выше этого.

Реклама